В пяти километрах от линии фронта сняла репортаж команда журналистов с главного телеканала России. Директор Запорожской атомной электростанции Юрий Черничук провел для них экскурсию по территории ЗАЭС.
«Для современных средств ведения войны это расстояние незначительно», — пояснил он, когда Марьяна Наумова услышала, как на периметре взорвалась мина.
На территории станции по-прежнему сохраняются следы прилетов — обстрелы в районе станции не прекращаются. Так, журналисты прошли по площадке, которая еще недавно была засыпана кассетами — они детонировали и наносили повреждения строениям. На счастье, обстрел произошел, когда рабочий день уже закончился, персонала уже не было, рассказал Черничук.
В «центре управления полетами», как назвала Марьяна зал управления ЗАЭС, на видном месте висит образ Христа Спасителя. Это удивило военкора Первого канала — ей всегда казалось, что люди науки не религиозны.
«Мы люди православные, — пояснил директор станции. — Если вы придете в любую научную сферу — не важно, атомную энергетику или нет, — с вами не согласятся многие».
Телевизионщикам показали брызгальную чашу системы безопасности. Такие бассейны обеспечивают отвод тепла от реакторов всех шести энергоблоков ЗАЭС. Раньше для охлаждения на станции использовали воду из Каховского водохранилища, теперь такой возможности нет — после того, как дамба была разрушена ВСУ, пришлось бурить скважины.
«Поднимаем воду из-под земли и уже на протяжении двух лет таким способом поддерживаем эти сооружения в работоспособном состоянии, — отметил Черничук. — Эта локация тоже подвергалась обстрелам в свое время, Гросси мы в один из его приездов показывали поврежденный участок трубы».
Глава МАГАТЭ был на ЗАЭС пять раз, и каждый раз ему демонстрировали последствия прилетов, сказал директор станции. И каждый раз МАГАТЭ выступает с риторическими заявлениями о недопустимости обстрелов станции, но не называет их виновников.
«Гросси сказал несколько раз, что не может комментировать военные действия, что он не эксперт в ведении боевых действий, — прокомментировал Черничук. — Это, конечно, лукавство. Ему напрямую журналисты такие вопросы задают, но пока в МАГАТЭ не отважились назвать происходящее своими именами».
Охрану территории Запорожской АЭС ведут российские военные, станция укомплектована персоналом — профессионалами, которые обеспечивают ее безопасность. На каждом информационном щите на территории станции написано: «Безопасность прежде всего». По словам директора ЗАЭС, это действительно «приоритет над всем остальным» — станция не должна влиять на окружающую среду, быть опасной для людей – жителей Энергодара, Донецка, Москвы.
В городе-спутнике ЗАЭС идет обычная жизнь — несмотря на близость фронта, взрослые ходят на работу, дети продолжают учиться. Директор энергодарской школы №2 Елена Котляревская объяснила журналистам, что люди ко всему привыкают, уже не обращают внимания на взрывы и обстрелы.
«В школе есть убежище, если действительно серьезный обстрел, туда мы спускаем детей», — сказала она.
Самая большая сложность для ребят сейчас не обстрелы, а уроки русского языка, несмотря на то, что для всех них он родной. Ведь одно дело разговорный язык, и совсем другое — его грамматика.
В школе работают Атомкласс и ИТ-класс, проводится профориентация, к 11 классу юные энергодарцы уже четко знают, кем станут. У большинства энергодарских ребят родители работают на АЭС, и многие идут по стопам пап и мам.
«Запорожская АЭС плотно сотрудничает с СевГУ, с институтом ядерной промышленности, и основная масса детей поступает в Севастополь либо в Волгодонск», — пояснила Котляревская.
